Экзотика

Несмотря на название рубрики, решение руководства компании «ТрансСпецСтрой» о создании полностью женского экипажа имеет глубокий практический смысл, и подобные коллективы, но на других видах техники, вполне успешно работают во многих регионах России. Не будем ходить далеко за примерами: в МАП № 2 «Автоколонна 1417» города Коломны представительницы прекрасной половины человечества успешно пилотируют не только маршрутки МВ Sprinter, но и междугородные МВ Conecto H. А в Европе женщины за рулем грузовиков и автобусов вообще в порядке вещей. Помню, самое неизгладимое впечатление на меня произвел один эпизод в Германии. Как-то на автобане мы с коллегами-журналистами обгоняли дальнобойный автопоезд с тягачом DAF и голландскими номерами, за рулем которого сидела некая леди лет 20+, и не просто сидела, но еще на скорости под 85 км/ч «откусывала» бутерброд, по размеру очень похожий на разрезанный вдоль батон с начинкой из зелени и, видимо, ветчины…

В данном случае нюанс в том, что на севере Западной Сибири автобанов нет. ТрансСпецСтрой традиционно специализируется на пионерных выходах на отсыпку технологических дорог и буровых площадок, чаще всего приходя вообще на пустое место со своими вагончиками будущего вахтового городка. Но и здесь, при температурах до –50 °С, по первому слою, под которым может быть торф и незамерзающие болота, тоже работают женщины, причем на машине полной массой примерно в 61 т (это если без перегруза)! Зимой и летом, днем и ночью (включая полярную). Официально смена длится порядка 10 часов, «вахта» – 30, а то и 45 дней…

Я не первый раз оказался за рулем сочлененного самосвала в Заполярье и именно на «пионерке», но кроме давящей темноты полярной ночи основная трудность – маневрирование на месте выгрузки. Дело в том, что чаще всего к нему ведет очень узкая, едва утрамбованная дорога. Потом в неком «кармане» надо развернуть машину и дальше сдавать задом, ориентируясь только по зеркалам: увы, опциональная вольвовская видеокамера заднего обзора по климатическим условиям здесь не работает. Только два зеркала, а в них могут быть ночь, морозный туман. И «оступиться» на обочину нельзя: ее просто нет! Да и самосвал на таких колесах вообще не чувствует выход из колеи. Так что «положить» машину на бок проще «пареной репы». При этом: за спиной 35 тонн груза, под ногой – порядка 400 тысяч евро, в зеркалах – две белые полосы, обозначающие край дороги. И н-и-к-а-к-о-й романтики!!!

Несколько слов о практическом смысле появления женщины-водителя на коммерческом транспорте. Не буду уточнять авторство, но слова «они пьют меньше» и «мужики становятся культурней – начинают больше использовать литературный русский язык» отношу к фольклору. Ибо, например, сухой закон в вахтовых городках был всегда, а вот насчет более активного использования языка Чехова и Толстого – не уверен. Во всяком случае, обращения недовольного экскаваторщика или бульдозериста не только к водителю, но и к начальнику участка типа «сударь» или «милостивый государь» не слышал, даже в присутствии женщин… А вот в вопросах сохранности техники и предотвращения ее отказов, вдумчивого и постоянного выявления минимальных признаков возможных неисправностей, без сомнения, «женщина за рулем» коммерческой или строительной машины предпочтительней. Ибо сказано (опять без авторства, простите): «Она изведет сменного механика и любого руководителя, вплоть до генерального директора компании, по поводу каждого нового звука в работе автомобиля. Причем в большинстве случаев сама докопается до причины. И это объективно предотвращает многие неисправности. Любой мужик в подобной ситуации искренне считает, что хороший стук рано или поздно вылезет наружу. А до того надо просто зарабатывать деньги. Любой ценой». В реальной эксплуатации это проблема, особенно учитывая контингент водителей, уже сложившийся при работе вахтовым методом. В Сибири и не только. Напомню ранее опубликованные слова одного из руководителей АК «Геострой»: «Сегодня лишь 30% водителей в карьере хотя бы понимают, что делают…»

Женщины в Заполярье. Как ни банально звучит, но без них сибирских городов, нефти и газа не было бы. Вот наш пример. Стандартная «пионерка» на месторождении «Песцовое» – ближний объект, всего лишь около 300 км севернее Нового Уренгоя. Видимо, это очень личное, но ваш покорный слуга встретил там землячек (учитывая удаленность места встречи от мест постоянного проживания). Галина Лобастова из Казани, Алита Ахмадулина – из Уфы, а я, хотя живу в Москве, но по отцовской линии родом почти с границы между Татарстаном и Башкортостаном (с левого берега реки Ик). Согласитесь: зимой, в вахтовом городке за Полярным кругом, при –30 Сº и под аккомпанемент пурги, такой уровень землячества вполне допустим… Кстати, одна – водитель, без пяти минут бригадир, вторая – дорожная рабочая.

После обеда (спасибо Светлане Калюжной, тоже землячка – из Екатеринбурга) был проведен тест-драйв. Абсолютно реальные рейсы под экскаватор и на отсыпку: пилот-наставник Галина Валентиновна. Остается только сожалеть, что ее напарница, Алла Ступина, была в учебном отпуске… Кстати, начальник РММ в ТрансСпецСтрое тоже женщина.

Однако – поехали? Сочлененник Volvo вполне знакомая машина, но это было как в первый раз. При входе в кабину была весьма категоричная оценка – насколько хорошо я вытер ноги. Легкие кожаные перчатки на руках (до этого была фотосессия на морозе) вызвали легкое недовольство: без слов, только мимика, на уровне недовольного изгиба губ – но, клянусь, не Шумахер, просто пальцы не отогрелись. Моя фраза «у Volvo неудобная кабина: если куришь за рулем и стряхиваешь пепел в окошко, он падает на крыло» вызвала просто бурю с трудом сдерживаемых эмоций.

Далее:

– Заводи. Рано на кнопки (АКП – А. Са.) жмешь – куда торопишься? Три минуты на нейтрали постоим – прогреемся.

– Будь осторожнее, не газуй. Масло в коробке и мостах надо прогреть, да и средний кардан сварной: ремонт недавний, и я пока не уверена в качестве сварки.

– Здесь мы не будем разворачиваться: видишь, снег разного оттенка – может быть болото.

– Не дави так на газ! Ты что, не слышишь звук – это передний кардан. Работать можно, и заявка на ремонт есть. Но не на сегодня…

– Зачем пользуешься тормозами? Это не экстренный случай – используй только ретардер.

– Зеркала нештатные, ориентироваться можно, но слушай внимательно – экскаваторщик сигналом подскажет, когда остановиться.

– Выкрути руль до конца и газуй очень осторожно – места для разворота здесь достаточно. Помни – шланг гидросистемы чуть капает. Не надо экстрима, и он проживет еще очень долго.

– Ну и что головой крутишь? Только в зеркала смотреть. Ты должен видеть края колеи, ориентируйся по ним. Машина идет хорошо, не трогая руль, просто чуть надави на газ.

Это все было только за первый учебный рейс – и весьма непродолжительный. Вроде за рулем уже 25 лет, в карьере не первый раз, даже на сочлененнике Volvo и на севере. Но Галина Валентиновна легко и изящно «шкурила» вашего покорного слугу абсолютно серьезно, без учета статуса журналиста из Москвы и личного друга руководителей компании.

Не погрешу против истины: доверенная техника – в надежных и весьма изящных руках! Кстати, Галина на Севере недавно и до Volvo «управляла» только велосипедом в своем детстве и детской коляской, в которой катала уже собственных детей… И так вот сразу за руль 60-тонной машины в Заполярье: «А мне всегда нравилась техника».

Что еще сказать о тест-драйве? Хорошая машина Volvo, а уж на сибирском асфальте тем более. Легко идет и в карьере, даже груженая. Великолепная маневренность, неожиданно малый радиус разворота. К габаритам привыкаешь буквально во втором рейсе. На относительно ровной технологической дороге легко разгоняется до 50 км/ч, без ущерба для себя и просто не замечая мелких неровностей, скажу по собственному опыту: в такой ситуации даже на джипе Nissan Patrol с 3-литровым мотором обогнать ее порой невозможно (он-то хорошо чувствует неровности). Тормозная динамика похвальная и не особенно отличается для груженой или порожней машины. В сумме это дает большую эффективность работы: объем перевозимого груза – это раз, возможность увеличения планового числа ходок за счет быстрого перемещения между начальным и конечным пунктом маршрута – это два. Расход топлива, порядка 120 л/100 км в тяжелых дорожных условиях, трудно назвать очень высоким. Ибо самосвал 6х6 перевозит не более 25 тонн (на 40% меньше), расход может быть 100 на 100, а то и больше. Однако в некоторых местах 6х6 просто физически не сможет проехать там, где пройдет «сочлененник».

Пожалуй, единственный минус – этот эффективен только на коротком плече, 5-10 километров. К сожалению, при пионерных выходах песчаный карьер может быть намного дальше, а щебень порой приходится доставлять за 300-400 км с железнодорожной станции или из речного порта. Поэтому в ТрансСпецСтрое принято решение дополнить парк сочлененных самосвалов, с одной стороны, дорожными машинами 6х6 (причем с АКП), а с другой – гусеничными (есть места, где и «сочлененник» бессилен).

Понятно, пока женщина за рулем тяжелого самосвала в Заполярье – большая редкость. Однако, учитывая, с одной стороны, рост стоимости техники, находящейся в эксплуатации, особенно запчастей, а с другой – падение квалификации водителей, пожалуй, в ближайшие годы можно ожидать появления новых женских экипажей. Тем более что отличная эргономика, климатические условия в кабине, легкость управления современных образцов подвижного состава полюс стабильно снижающаяся «ремонтопригодность» в поле при помощи кувалды и нелитературного языка позволяют это сделать.

Это уже не экзотика, а экономика. Четкий коммерческий расчет…