Лизинг

Первые признаки восстановления отечественного лизинга стали проявляться во второй половине 2009 г., а в строительстве – в конце года. Сложившаяся ситуация нацеливает на анализ факторов, повлиявших на аритмию развития рынка.

Лизинговая отрасль ранее других ощутила дисбаланс банковской системы и реального сектора экономики. Росло недоверие всех ко всем, и это обстоятельство явилось реакцией на неплатежи клиентов, ранее считавшихся добропорядочными. Возникновение проблем было обусловлено: чрезмерными рисками, принятыми на себя финансовой системой, обслуживающей лизинговый бизнес страны, большими, чем позволяли бизнес-технологии; качеством управления рисками.

Увеличение объемов дешевых кредитов способствовало инвестированию лизингодателями в активы с низкими инвестиционными характеристиками. Действительно, в течение ряда лет многие лизингодатели структурировали свои сделки так, что они не казались рискованными. Лизингодатели исходили из того, что передаваемые в лизинг активы постоянно растут в цене, на них установился большой и устойчивый спрос. На некоторые виды лизингового имущества, в т.ч. строительное и дорожно-строительное оборудование и технику, производимые именитыми брэндами, возникали очереди. Большой спрос поддерживался и на вторичном рынке бывшего в употреблении имущества. Эти обстоятельства внушали лизингодателям убежденность, что в том случае, если прекратятся платежи по действующим договорам лизинга, принадлежащее им имущество будет изъято у неисполнительных лизингополучателей. Причем стратегический сценарий предусматривал, что изъятые активы можно будет спокойно продать и получить прибыль, так как их рыночная стоимость с учетом амортизации даже возрастала по сравнению с первоначальной стоимостью лизингового имущества. Возникала ловушка, когда лизингодатели абстрагировались от того, платит или не платит лизингополучатель по своим обязательствам, и от изменчивости цен на переданные в лизинг активы.

В дальнейшем, когда кризис стал набирать обороты, финансовое состояние многих лизингополучателей, включая строительные организации, существенно ухудшилось. Значительная часть из них прекратила вносить лизинговые платежи, рыночная стоимость переданного в лизинг имущества стала уменьшаться на десятки процентов. Расторгнуть договоры лизинга и забрать имущество у неисполнительных лизингополучателей оказалось не так-то просто. В тех случаях, когда активы все же возвращались к лизингодателям, оказывалось, что они неликвидны и требуются существенные затраты по поддержанию их в рабочем состоянии, охране, а также возникали значительные расходы по предпродажной подготовке – техническому и сервисному обслуживанию, рекламе, юридическому сопровождению и т.п. Во многих лизинговых компаниях появились подразделения по изъятию имущества и продаже этой техники. Однако эффективность их работы оказалась не очень высокой, так как вторичные рынки, еще недавно кажущиеся надежными, поразил ступор.

Подобные ситуации, возникшие на рынке лизинговых услуг России, очень во многом схожи со сценариями, которые описал лауреат Нобелевской премии по экономике Пол Кругман, исследуя первопричины возникновения мирового финансового кризиса на рынке ипотеки США. Известный экономист ответил на вопрос, почему кредиторы снизили свои стандарты, следующим образом: «Они решили, что цены на недвижимость будут расти постоянно. Пока они изменялись только в сторону увеличения, и, с точки зрения кредитора, было не важно, сумеет ли заемщик расплатиться с ним по своим долгам: если платежи окажутся слишком высоки, покупатель может взять заем под дом, чтобы получить еще денег, а если случится худшее – просто продать дом и заплатить по ипотеке. <…> Но как только стоимость домов начала падать и их стало трудно продать, коэффициенты неплатежеспособности пошли вверх. <…> За время, которое требуется для того, чтобы выставить заложенный дом на рынок и продать его, дают о себе знать ряд негативных факторов: юридические издержки, ухудшение состояния пустых домов, если в них никто не живет и т.д. Из-за этого кредиторы получают от заемщика дом, стоимость которого составляет лишь часть, примерно половину первоначальной величины кредита"

Кризис оказал существенное воздействие на лизинговые портфели, представляющие сумму платежей, которую должны еще получить лизингодатели по действующим договорам. Оценка по величине портфеля представляется нам более осторожной и взвешенной по сравнению с оценкой по стоимости новых заключенных договоров, поскольку сглаживаются показатели, являющиеся результатами вспышек и спадов деловой активности отдельных компаний.

Сокращению величины портфелей препятствовало ухудшение их качества и рост «плохой задолженности». Так, сомнительная и проблемная задолженность у лизингодателей превышала 3,3% от совокупной величины портфелей. Сомнительной считается просроченная дебиторская задолженность лизингополучателя, превышающая дату уплаты лизинговых платежей на срок свыше 30, но менее 60 дней, предусмотренный договором. Проблемной задолженностью считается просроченная дебиторская задолженность лизингополучателя на срок, превышающий две подряд даты уплаты лизинговых платежей, предусмотренные договором лизинга.

Полученный нами результат отражает стоимость досрочно завершенных договоров, когда клиентов убеждали выкупить имущество, не дожидаясь окончания срока сделки, или применялось досрочное расторжение договоров и изъятие имущества у неисполнительных лизингополучателей. Правда, это не всегда делалось с должным определением ликвидности лизингового актива. Прервать сделку проще, чем продать имущество для погашения тела кредита и процентов. В результате при таком сценарии лизингодатель нередко оставался с изъятым, обесцененным и неликвидным имуществом.

Величина «плохой задолженности» в лизинге несколько меньше, чем доля просроченных кредитов в банковском секторе. По данным ЦБ РФ, в номинальном выражении плохие долги банков на 1 января 2009 года достигали 3,8%, на 1 декабря 2009 г. – 5,2%, а в реальном исчислении – в 2,5 раза больше (банки скрывают эту информацию, чтобы избежать дополнительных расходов по созданию страховых резервов). Для того чтобы не ухудшать показатели, осуществляют пролонгацию кредитов, реструктуризацию путем формальной выдачи новых кредитов на сумму задолженности, т.е. рефинансирования старых долгов.

Таким образом, кризис в лизинговой отрасли выявил отсутствие системности в работе с дебиторской задолженностью и механизмов, позволяющих управлять этим процессом. По-видимому, пережившие кризис лизинговые компании станут более консервативными при оценке рисков инвестиционных проектов. Мы определили три основные стратегии взаимодействия лизингодателей с проблемными лизингополучателями: реструктуризация задолженности; расторжение договоров и изъятие имущества у неисполнительных клиентов; инициирование банкротств.

В кризис отчетливо проявилась низкая капитализация лизинговых компаний, которая отражается в незначительном объеме собственных средств, образованных прежде всего за счет прибыли лизингодателей. За десятилетие между кризисами только отдельные компании успели сформировать собственные средства в достаточном объеме, необходимом для масштабного или умеренного финансирования новых инвестиционных проектов.

В российском лизинге пока еще очень чувствительно влияние отдельных лизингополучателей на развитие сегментов рынка. Имеется в виду ситуация, которая в торговых отношениях характеризуется как монополия покупателя. В результате дефолты отдельных клиентов в портфеле могут повлечь за собой кросс-дефолтные последствия по сумме всех долговых обязательств.

Несмотря на то что в лизинговые операции вовлечено большое и значимое количество инвестиционных проектов в реальном секторе экономики, государственная поддержка этой отрасли оказалась совсем незначительной, она касалась всего нескольких лизингодателей.

Нельзя признать адекватной налоговую политику государства в период кризиса. Так, в июле 2008 г. было принято решение об исключении имущества, относящегося к первым трем амортизационным группам, из перечня того имущества, на которое распространяется ускоренная амортизация с коэффициентом не выше 3, например, на отдельные виды строительного оборудования, компьютеры, малолитражные легковые автомобили и т.д. Предложенный новый метод начисления амортизации нелинейным способом, который был декларирован как весомое достижение в стимулировании обновления новой техники, вообще оказался неприемлемым при лизинговых операциях.

Лизинговые компании, столкнувшись с требованиями банков изменить процентные ставки по действующим договорам, ретранслировали эти условия на своих клиентов и занялись пересчетом сумм к уплате по договорам лизинга. В других странах такая практика просто недопустима. У нас это стало обычаем делового оборота.

Участились ситуации, при которых наблюдалось несоответствие длины пассивов и сроков действия договоров лизинга. Даже очень крупные компании финансировали долгосрочные лизинговые контракты за счет краткосрочных и среднесрочных заимствований за рубежом. Когда возникли серьезные проблемы, банкротство лизингодателей предотвращалось за счет псевдоэмиссии облигаций, полностью выкупаемых материнским банком.

Возник вполне реальный риск того, что при уменьшении темпов роста портфелей и тем более при сокращении портфелей лизингодатели могут стать задолжниками по НДС. Дело в том, что в период роста заключения новых договоров компании осуществляют зачет, возмещение НДС в объеме, адекватном сумме этого налога, поступающего по текущим лизинговым платежам. Иной сценарий приводит к дисбалансу по НДС и возникновению проблем у лизингодателей. Это требует дополнительных заимствований для погашения обязательств по налогам.

Кризис выявил еще одну специфическую для лизинга проблему: несоответствие валюты лизинговых договоров и валюты привлечения денежных средств. Компании, которые не учли валютные риски, понесли огромные убытки. Так, серьезные затруднения возникли у тех, кто кредитовался для закупки строительного и дорожно-строительного оборудования и техники в иенах, а получал лизинговые платежи в рублях, т.к. рубль девальвировал к этой валюте в наибольшей степени. Валютные риски предопределили напряженность с рублевой наличностью лизинговых компаний.

В прогнозах определения воздействия кризиса на лизинговую отрасль часто указывают, что появится большое количество сделок слияний и поглощений (M&A), купли-продажи лизинговых компаний и лизинговых портфелей, ускорится рост концентрации лизинга, увеличится количество дефолтов лизингодателей. Пока эти прогнозы не подтверждаются.

Обобщение и систематизация российского и зарубежного опыта позволяют выделить ряд основных целей проведения сделок M&A в лизинговой индустрии: увеличение масштабов лизингового бизнеса и получение повышенной доходности от результатов деятельности лизинговой компании; укрепление позиций в определенных сегментах рынка и в регионах, расширение состязательности с конкурентами; диверсификация портфеля лизинговых договоров и снижение рисков; увеличение притока денежных средств и относительное сокращение затрат на привлечение финансирования под новые лизинговые проекты; эффективное использование новых лизинговых продуктов. Мотивацией продаж лизинговых компаний могут стать: желание относительно небольших бизнес-единиц «выставляться» на продажу либо объединяться с более крупными лизингодателями; привлечение в акционеры лизинговой компании финансовых институтов, которые в дальнейшем будут являться еще и кредиторами; намерение избавиться от непрофильных активов.

Предложений о покупке отдельных контрактов и портфелей договоров достаточно много. Но c учетом того, что стоимость денег на рынке капитала сейчас существенно превышает уровень двухлетней давности, эффект от такой сделки возможен для покупателя лишь при очень большом дисконте, который продавец согласится предоставить, по-видимому, от безысходности.

То есть сделки здесь возможны в тех случаях, когда лизингодатель– продавец контракта оказался на грани дефолта. Однако в настоящее время нам известно лишь несколько лизинговых компаний, объявивших технический дефолт.

В течение шести лет лизинг в строительном комплексе развивался очень быстро и опережал среднегодовые темпы роста всего лизингового рынка. В 2008 г. удельный вес инвестиций в строительство во всех инвестициях составлял 3,4%, в то время как доля лизинга строительного оборудования и техники во всех лизинговых операциях достигла 14,22%; лизингоемкость инвестиций в строительство равнялась 26,55%.

Несмотря на то что в кризис многие лизингодатели из-за неплатежей стали изымать строительное оборудование у клиентов, спрос на лизинг остался. Согласно данным Росстата (июль 2009 г.), четверть опрошенных отметили, что в ближайшие 12 месяцев обеспеченность строительных организаций производственными мощностями будет недостаточной. Обследование деловой активности, проведенное Центром конъюнктурных исследований Высшей школы экономики по результатам трех кварталов 2009 г., показало, что 22% респондентов отметили дефицит мощностей в строительных организациях. Анализ выявил преобладание доли организаций, увеличивших прибыль, над долей ее уменьшивших. Вопреки финансовым проблемам, 77% строительных организаций осуществляли инвестирование средств в развитие производства.

Строительный комплекс активно воздействует на развитие многих отраслей. Он является одним из основных звеньев, ухватив которые вся экономика способна выйти из кризиса. Поэтому сложившаяся за последний год негативная ситуация может в ближайшее время заметно измениться, и лизинг опять станет приоритетным инвестиционным механизмом в строительстве.